Наталья Кечина: «Экстрим - чище политики»

Она не раз шокировала зрителей смелыми экспериментами: ходила по битому стеклу, делала пластическую операцию, закапывалась в могилу, подвешивалась за кожу на крюках. «Я с микрофоном и без него - разные люди. Сама иногда смотрю со стороны и думаю, ничего себе, как у меня «башню срывает», - говорит самый экстремальный тележурналист Наталья КЕЧИНА.

Бабы - дуры
Наталья Кечина: «Экстрим - чище политики»- На самом деле я многого боюсь в жизни. Плохо становится, когда кровь берут из вены. Когда включена камера, всё происходит иначе, пропадают сомнения и страхи. Все мысли - о том, как это снять, включит ли камеру оператор, как получится и т. д. Иначе как можно было пластическую операцию сделать при добром здравии и памяти? (смеётся). Я, когда увидела, как это выглядит на самом деле… Бррр. Ужас.

- Сожалеешь?
- Не перекосило, и слава Богу! Каких-то грандиозных изменений не произошло. Врачи сами рекомендовали эту операцию. Чуда не произошло, как в рекламе показывают: тут я - старая, а тут - уже молодая. Я так и не смогла посмотреть эту операцию полностью. Когда всё сняли, стали монтировать, а мне плохо при виде этих операционных ужасов. Пришла к режиссёру на монтаж, попросила выбрать на свой взгляд кадры поинтереснее.

- И что заставляет журналиста идти на такие эксперименты - рейтинги, желание привлечь зрителей, как-то выделиться?
- Это составляющая журналистики - не просто констатировать со знаком «плюс» или «минус» и давать свои однозначные комментарии, а испытать на себе. В чём был смысл пластической операции? Да, бабы - дуры, но обычно же показывают «до» и «после». А то, что во время операции, скрыто. И врачи умалчивают часто, чего это стоит. Я хотела не просто понять, показать, раскрыть, но и самой это пережить. Может, человек посмотрит и откажется от чего-то. Или наоборот, решится.

Вляпалась в историю
- Каким был эксперимент, на который ты впервые отважилась?
- Горжусь, что многие вещи в этом городе я первая испытала. Как журналист вошла в историю, ну, или вляпалась в неё. 13 лет назад, когда старшая дочка ещё ходила в школу, я сделала себе пирсинг и проколола пуп. Сейчас смешно, а тогда было диковато. Когда про пирсинг шёл анонс по телевидению, дочь спрашивала: «Как я буду теперь в школу ходить? Мне будут говорить, что у моей мамы в пупу дырка». А когда выросла, тоже стала экстремалкой. Мы с ней вместе подвешивались и с тарзанки прыгали. Младшая по стеклу со мной ходила. Но это не экшен и не стресс. Это, как ни странно, такой психологический тренинг для расслабления. Если будешь зажат, обязательно порежешься. Это не эпатаж, а способ научиться доверять своему организму, релаксировать. Немножко устрашающе со стороны, но в этом большой философский смысл. Думаю, дочери это в чём-то помогло.

- Не тяжело читать критические отзывы об экспериментах: когда называют безумной, ругают, что дочь приобщаешь к опасностям?
- Что поделать, профессия публичная. Я - взрослый человек, могу что угодно со своим телом делать, в рамках законности. Но насилие по отношению к своему ребёнку никогда не допущу. Если бы я почувствовала, что моим дочерям что-то угрожает, на секунду засомневалась, то ни за что бы им не разрешила. Почувствуй я, что дочери плохо, больно, некомфортно, неприятно, никаких экспериментов не было бы.

Дыхание свободного человека
- Я ещё понимаю - по стеклу ходить, но закапываться в землю - не перебор?
- Ходить по стеклу - так успокаивает! И «закопаться под землю». У нормального человека реакция одна - всё, ты умираешь, тебе не хватает кислорода (хотя его в достатке). Но ты задыхаешься, у тебя стенокардия. Тебе говорят: «Дыши! Дыши глубоко!» И вдруг просто становится хорошо. Смысл в том, чтобы успокоиться, дышать, здесь и сейчас. И всё. Меня в то время мучили мигрени. Я съедала тонну таблеток, печень посадила. И вот, я лежу там и вдруг понимаю, что, наверняка, у меня и давление зашкаливало, и сердце бешено колотилось. Но, подышав 15 минут, пришла в норму. Вывод: фигня - эти таблетки. Всё в твоих руках - соберёшь себя в кучу, начнёшь свободно дышать, дыханием свободного человека, а не загнанного менеджера, и всё будет хорошо. Со стороны выглядит безумно, а изнутри не так всё страшно. Всё это не больнее и не страшнее, чем рожать. Вот это был экстрим. И первые, и вторые роды - настоящий экшен.

- А не происходит привыкание или потребность каждую неделю ощущать адреналин?
- Нет. В большей степени это всё работа. Отдых - дом, диван, тебя никто не трогает. Любому массовому мероприятию предпочту посидеть на кухне с подругой, поговорить о том, что «все мужики козлы», поплакаться друг другу. Я как-то прыгнула второй раз с тарзанки. Это было гораздо страшнее, чем в первый. Летела, орала и думала: «Зачем я на это согласилась?» Мне ребята-организаторы сказали, что кайф будет на пятый-шестой раз. Не хочу это проверять.

- А есть что-то, на что ты бы никогда не согласилась?
- Гвоздь бы не съела. Хотя… Таракана же съела. Фу, гадость! Когда я была беременна второй дочерью, мне предложили рожать на камеру. Спецзадание. Но у меня сработало табу: нельзя, не по-божески. Это таинство. Что касается детей - я очень суеверная. Критически отношусь к тому, что снимают роды, даже для домашнего архива. Это неправильно.

Дурное общество
- Наверное, все фанаты - экстремальные молодые люди?
- Если бы. Муж давно заметил, что все сумасшедшие Красноярска концентрируются вокруг меня. Однажды мне какой-то графоман стихи писал. Блокнот в неделю исписывал. Что-то типа: «…Я теперь ловлю в сетях канала голос твой, несущий репортажи…». Сначала было весело, даже грело самолюбие. А когда муж сказал: «К тебе приходил странный мужик с шампанским, конфетами и палкой колбасы…», - мне стало страшно. В общем, я резко поговорила с этим поклонником. И он написал прощальный стих: «А она поэта не признала… и в кустах скончались соловьи». Ну, почему у меня нет поклонников-олигархов, забрасывали бы бриллиантами, шубы подбрасывали под двери. Увы.

- Никогда не хотелось сменить экстремалов на политиков?
- Мне это неинтересно. Если я каким-то образом с политикой соприкасаюсь, то только по работе. Зачастую после этого ощущение, что ты в каком-то дерьме вывалялся. Что за общение, когда есть интриги, недомолвки, намёки? Экстремалы - честные и надёжные. Иначе невозможно. Будешь лгать - не выживешь в этом особом мире.

- Телевидение многие тоже упрекают в бесчестии, пошлости, развращении общества…

- Телевидение не навязывает дурной вкус. С точностью до наоборот: какая страна, такое и телевидение. Это структура не государственная и подстраивается под вкусы общества. То, что люди хотят видеть, то они и получают. Все хают «Дом», но он уже пять лет идёт. Если бы интерес к нему пропал, шоу сразу бы закрылось. Это у общества дурной вкус.

Досье
Наталья КЕЧИНА родилась в г. Серов Свердловской области. Окончила факультет филологии Красноярского госуниверситета. Автор и ведущая телепрограмм телекомпании ТВК: «Дальние страны», «Проверено на себе», «Спецзадание», «Большой репортаж», «Субботний гость», «На даче».

Ксения Якубовская

Добавить комментарий

  • Или водите через социальные сети

Вам также будет интересно

Популярное

Последние комментарии